Размер шрифта:
  • А
  • А
  • А
Цветовая схема:
  • А
  • А
  • А
Календарь конференций
  • 26 октября

    II Международная конференция «Инновационная экономика и менеджмент: методы и технологии»

  • 1 ноября

    Лекция-консультация по психологии для психологии и учителей в 2017/18 учебном году

  • 3 ноября

    Лекция-консультация по математике для школьников и учителей в 2017/18 учебном году

  • 9 – 10 ноября

    Междисциплинарная научная конференция – конкурс «Революция 1917 года в России: социально – экономические предпосылки и последствия»

  • 11 ноября

    Лекция-консультация по механике и математическому моделированию для школьников и учителей в 2017/18 учебном году

  • 14 ноября

    Лекция-консультация по истории российской государственности для школьников и учителей в 2017/18 учебном году

  • 17 – 18 ноября

    ХIII Поспеловские чтения. Памяти В.Е. Хализева. Аксиологические проблемы в художественной литературе

  • 27 ноября – 1 декабря

    V Российская Школа по глинистым минералам «Argilla Studium-2017»

  • 27 ноября

    Лекция-консультация по информатике для школьников и учителей в 2017/18 учебном году

  • 29 ноября

    «Фигура поэта в старом и новом Китае» с участием современных китайских писателей

Все конференции
Конкурсы на замещение должностей научных и педагогических работников
Программы поддержки талантливой молодежи
«Университет без границ»
Гранты Президента РФ
Олимпиады школьников и универсиады в МГУ

Пулеметная школа МГУ

Морозов Е.В. Пулеметная школа

 

Материалы (текст и фотографии) о Пулеметной школе МГУ, одной из школ «военспециальностей», были предоставлены самим автором. Морозов Евгений Власович — до войны — студент, после — многолетний сотрудник механико-математического факультета МГУ. О пулеметной школе см. также: Юдина С.В. Листая страницы истории  // Московский университет. 09.05.1983. № 34 (3335) С. 3.

Хранится в архиве Комнаты боевой и трудовой славы исторического факультета МГУ. Фонд «Пулеметная школа». Рукопись на 11 лл, заполненных с двух сторон, в школьной двенадцатилистовой тетради в клетку в желтой обложке.

Опубл.: Морозов Е.В. Пулеметная школа // «Мы шли навстречу ветру и судьбе…»: воспоминания, стихи и письма историков МГУ – участников Великой Отечественной войны. — М., 2009. с. 89-103.

--------------------


Учиться в Московском университете мне посчастливилось в 1935—1941 гг. Этот период был насыщен не только пафосом первых пятилеток, но и тревожными событиями, происходившими в мире. В 1935 г. фашистская Италия захватила Абиссинию, в 1936 г. Германия и Италия развернули интервенцию против республиканской Испании. На стороне законного правительства Испанской республики, выполняя свой интернациональный долг, сражались интернациональные бригады. В 1938—1939 гг. Германия ликвидировала Австрию как независимое государство, оккупировала Прагу, Варшаву…

Мы, комсомольцы, бурно реагировали на все эти события, считали своим долгом не только уверенно постигать науку, но и быть полезными Родине в укреплении ее оборонной мощи. Многие из нас одновременно с учебой в университете окончили Школу высшей вневойсковой подготовки (ВВП) и получили звание офицеров запаса[1]. Во время учебы в школе ВВП военной кафедрой мне было поручено командовать пулеметным взводом, который состоял из моих сокурсников по университету.

Военные знания мы получили добротные, и у многих из нас в это сложное время появилось желание немедленно поделиться ими с теми студентами, которые не учились в школе ВВП. Университетская организация ОСОАВИАХИМа традиционно готовила «ворошиловских стрелков». В 1937 г. командир запаса, старшекурсник Истфака Г. Овчинников[2] проявил инициативу и организовал при Совете ОСОАВИАХИМа несколько групп по изучению материальной части пулемета и стрельбы из него. К организации этого дела он привлек и меня как специалиста.

Группы студентов изучали пулеметное оружие с пониманием необходимости и большим желанием. Это навело нас на мысль организовать массовую подготовку студентов пулеметному делу.

Мы мечтали о хорошо организованной Пулеметной школе при МГУ с широкой программой и уставной дисциплиной.

Однако т. Овчинникову в это время партийные организации дают другое задание, а организация и руководство Пулеметной школой были поручены мне.

Вскоре комсомольская организация университета рекомендовала начальником штаба школы студента истфака Михаила Юрьева[3], а несколько позже с того же факультета пришел и комиссар школы — т. Ореханов[4]. Теперь командование школы было укомплектовано, и надо было двигаться дальше.

Программы для подготовки инструкторского состава и пулеметчиков были разработаны быстро, в этом вопросе мы трудностей не испытывали. Сложнее оказались организационные вопросы, такие как законность организации такой школы (аналогов не было), права инструкторского состава, документалистика, финансирование, материальная часть оружия (учебного и боевого), массовый набор студентов для обучения в школе. С помощью партийной, комсомольской организаций, ректората и военной кафедры университета постепенно удалось решить нам и эти сложные вопросы.

Наши начинания также поддержал председатель Краснопресненского райсовета Осоавиахима Москвы т. Казбанов.

Нашим девизом в то время были слова т. Сталина, которые мы поместили на внутренней обложке выдаваемых удостоверений: «Нужно весь наш народ держать в состоянии мобилизационной готовности перед лицом опасности военного нападения, чтобы никакая "случайность", никакие фокусы наших внешних врагов, не могли застигнуть нас врасплох»*. Мы верили в это и пытались помочь этой проблеме.

Была разработана структура школы, разработаны и согласованы образцы удостоверений: старшего инструктора и инструктора пулеметного дела и пулеметчика, которые выдавались соответственно по окончании школы.

Организационно школа делилась на учебные команды по 15—20 человек в каждой. Назначался староста команды.

Занятия проводились по строгому расписанию штаба, который осуществлял и контроль за проведением занятий.

Дисциплина в школе строилась на сознательности слушателей и была высокой.

Инструкторский состав школы в процессе занятий добивался от слушателей отличного знания материальной части ручного и станкового пулеметов, умения подготовить пулеметы к стрельбе и четкого прицеливания по мишеням. Затем команды школы выезжали на полигоны, где проводились зачетные стрельбы.

Форма удостоверений была согласована с Мособлгорлитом, образцы их мы должны были передать библиотеке им. В.И. Ленина.

На инструкторский состав удостоверения подписывались председателем Райсовета ОСОАВИАХИМа, этим одновременно узаконивались их права; на пулеметчиков — подписывало командование школы.

Материальной частью (учебные пулеметы) и помещениями для занятий команд школы обеспечивала Военная кафедра университета.

На стрельбища выезжали командами, и, как правило, в выходные дни. Для отработки отдельных огневых задач в течение одного дня вывозилось на стрельбища свыше 200 человек.

Стрельбы велись по строго установленным правилам для полигонов, выставлялось необходимое оцепление, результаты поражения мишеней корректировались по телефонной связи.

При отработке огневых задач самым трудным делом бывало добыть нужное количество боевых пулеметов.

Во время классных занятий и, главным образом, на стрельбищах выпускались «Боевые листки», в которых отражалось настроение слушателей школы и ее команд, усвоение пройденного материала и результаты выполнения огневых задач. Этой работой в основном занимались комиссар школы т. Ореханов и периодически формируемые им редколлегии.

Анализируя работу начальника штаба школы т. М. Юрьева (а она была огромной: по расписанию работало до 40 команд), приходилось удивляться, как он мог успевать управлять штабными делами школы и отлично учиться на истфаке.


Работа школы освещалась также в университетской многотиражке, о достижениях в работе школы писала газета «Вечерняя Москва» и даже газета «Правда». На совещаниях представителей комсомольских организаций факультетов обсуждались вопросы комплектования школы. При массовых выездах слушателей школы на стрельбища для проведения стрельб руководством школы издавались наглядные приказы, которые вывешивались на самом видном месте в помещении университета.

Все это создавало популярность школе, и приток слушателей в нее был неиссякаем.

До июня 1941 г. школе удалось подготовить около 90 инструкторов пулеметного дела и 2 тыс. пулеметчиков.

Наши труды не пропали даром. Многие студенты, окончившие пулеметную школу, во время Великой Отечественной войны сражались в ополчении и армейских подразделениях и проявили себя стойкими бойцами.

Ее начальник в первый день войны по поручению райкома партии выкатил бочку на середину торгового зала продовольственного магазина у Никитских ворот, с которой страстно призвал покупателей сдавать чеки в кассу магазина, т.к. магазином в этот день была продана уже третья суточная норма продуктов.

Когда покупатели от прилавка потянулись с чеками к кассе, бочка была водворена на свое место и только тогда начальник пулеметной школы МГУ зашагал в войсковую часть, где он был приписан по мобилизации**.

Ряд студенток, окончивших пулеметную школу, работали на фронте штурманами в «малой авиации», где Женя Руднева, Тоня Зубкова, Дуся Пасько стали Героями Советского Союза, а Лёля Радчикова, Паша Зуева и другие были награждены многими орденами Советского Союза[5].

Следует также отметить, что массовая военная подготовка молодежи в университете не ограничивалась только подготовкой пулеметчиков. Комсомол и совет ОСОАВИАХИМа подготовили из студентов много «ворошиловских стрелков». Этой работой в то время занимались студенты химфака т.т. Мартынов и Дымов, которые сделали очень много.

В 1940 г. в дни каникул на территории Звенигородской биостанции Советом ОСОВИАХИМа был организован и проведен сбор студентов университета допризывного возраста. На лагерном сборе свыше 40 студентов под руководством начальника сбора и преподавателей с военной кафедры прошли месячную военную подготовку (огневую, тактическую, строевую). Жили они в палатках, им было обеспечено усиленное питание через трест ресторанов.

В 1939 г. ряд студентов — офицеров запаса были призваны в Советскую Армию[6], в том числе т.т. Борисов В., Морозов, Павлов Е. и др. — они принимали участие в освобождении Западной Украины и Западной Белоруссии; т.т. Дубинин и Морозов — студенты мехмата уходили добровольцами на Финский фронт.

Выше я отмечал, что райсовет ОСОАВИАХИМа помог нам в организации школы, но школа не осталась перед ним в долгу. Вспоминаю, как весною 1939 г. райсовет[7] с участием университета организовал вечер в клубе, на него был приглашен легендарный герой Гражданской войны О.И. Городовиков[8]. На вечере подводились итоги оборонной работы райсовета. На том же вечере мною был зачитан рапорт об итогах работы пулеметной школы. Показатели были впечатляющими. Они были встречены дружными аплодисментами участников вечера; тов. Городовиков О.И. радовался вместе со всеми.

Что же стало с пулеметной школой?

Ее никто не закрывал, она «временно» прекратила работу в июне 1941 г. с уходом ее руководства и слушателей на фронт или на объекты народного хозяйства. Школа ждет новый импульс, его должны принести молодые силы.



* Сталин И.В. Письмо тов. Иванова и ответ тов. Сталина. М., 1938. С. 13. — Примеч. авт.

** Этот и предыдущий абзац написаны автором на отдельном фрагменте листа А-4 и вложены в тетрадь воспоминаний.



[1] Вероятнее всего, Е.В. Морозов имеет в виду «командиров запаса», так как понятие «офицер» стало употребляться в РККА лишь с конце 1942 г., а официально было введено в июле-августе 1943 г.

[2] Овчинников Георгий (Егор, Юрий) Григорьевич (1915, Елань Воронежской губ. — 1944, Румыния). Специализировался по каф. истории древнего мира. Один из создателей пулеметной школы МГУ. Во время войны — инспектор политотдела 7-ой гвардейской маневренной воздушно-десантной бригады. Участвовал в форсировании Днепра, освобождении Румынии. Погиб от случайного выстрела.

[3] Юрьев Михаил Филиппович (24.04.1918, мест. Телешаны Бессарабской губ. — 07.09.1990, г. Москва) — видный востоковед, д.и.н., профессор. Пошел в НО Краснопресненского р-на, откуда был отозван в истребительный батальон. Начал службу в 347 с.д. 56-й армии 25 сентября 1941 г. Затем служил на Южном, Северо-Кавказском и Закавказском фронтах, участвовал в боях за Ростов в 1941 и 1942 гг., в обороне Кавказа, в наступлении на Таманском полуострове, в форсировании Керченского пролива. В 1943 г. награжден медалью «За боевые заслуги». В марте 1944 г. направлен в Москву. Служил до 1948 г. С 1 ноября 1948 г. — аспирант (2-го года обучения), с 1 ноября 1950 г. — старший преподаватель, с 1953 г. — доцент истор. ф-та МГУ. С 1956 г. — доцент, с 1959 г. — профессор, с 1973 г. — зав. каф. истории Китая,  в 1957–1961 гг. — декан, в 1963–1974 гг. — проректор ИСАА при МГУ.

[4] Ореханов Анатолий Фёдорович — студент 1938 г/п, был на несколько лет старше большинства сокурсников. В годы учебы — член ВКП(б). После войны, видимо, занимался историей КПСС.

[5] Имена героинь 46-го гвардейского полка ночных бомбардировщиков. См., например: Ракобольская И., Кравцова Н. Нас называли «ночными ведьмами». Так воевал женский 46-й гвардейский полк ночных бомбардировщиков. М., 2002.

[6] До 1946 г. Советская Армия именовалась Рабоче-Крестьянской Красной Армией (РККА).

[7] Имеется в виду райсовет ОСОАВИАХИМа.

[8] Городовиков Ока Иванович (1879—1960), генерал-полковник (1940), Герой Советского Союза (1958). В Гражданскую войну ком. кавалер. див. 1-й Конной Армии, командующий 2-ой Конной Армией. В 1938—1941 гг. — инспектор кавалерии РККА.